Полиграф. Научная обоснованность

Пеленицын А.Б., Сошников А.П.
О научной обоснованности применения полиграфа
Эксперт-криминалист, 2011, № 2, с. 12-15.

В статье научная обоснованность применения полиграфа рассматривается с позиций теоретической и экспериментально-практической валидности данного метода прикладной психофизиологии.

Точность любого диагностического метода определяется, прежде всего, его научной обоснованностью. Методы прикладной психофизиологии не являются исключением. Что же следует понимать под научной обоснованностью прикладного научного метода, применяемого для диагностики чего-либо?

Чтобы правильно ответить на поставленный вопрос, обратимся к терминологии, используемой в англоязычной литературе, в которой понятию научной обоснованности соответствует термин валидность (validity). При этом, когда говорят о валидности метода, имеются ввиду два её уровня – теоретическая валидность (construct validity) и экспериментально-практическая валидность (criterion validity или external validity). Кроме того, прикладные научные методы, как правило, одновременно характеризуются показателем надежности (reliability), под которым понимается уровень стандартизации процедуры и степень воспроизводимости результатов, получаемых с помощью конкретного метода. В отличие от валидности метода, определяемой сущностью положенных в его основу научных принципов и закономерностей, надежность метода во многом зависит от конкретных условий его применения, воздействия неконтролируемых внешних факторов и, в том числе, от уровня компетентности специалистов, применяющих этот метод. Важнейшим из двух указанных характеристик, определяющих пригодность любого прикладного метода для практики, является, конечно же, валидность, поскольку невалидный метод ни при каких обстоятельствах не может считаться надежным.

В рамках современной естественнонаучной парадигмы научное обоснование того и или иного прикладного метода представляет собой систему доказательств его валидности, то есть способности метода определять (измерять, диагностировать) именно то, что является целью его использования (целью диагностики). Такая система доказательств, как было отмечено выше, должна выстраиваться на двух уровнях:
1. Теоретическое обоснование метода, то есть построение логичной, стройной, убедительной, внутренне и внешне непротиворечивой теории, охватывающей научные принципы, положенные в его основу.
2. Достоверное, независимое экспериментальное и практическое подтверждение работоспособности и эффективности метода в конкретных экспериментальных и реальных условиях его применения.

В зависимости от того, насколько убедительны и достаточны будут доказательства валидности на этих двух уровнях, настолько прикладной метод может считаться научно обоснованным. Именно по такому принципу работает сегодняшняя прикладная наука и ничего другого пока не предложено.

С учетом сказанного и на основании большого объема релевантной информации, накопленной более чем за 100 лет существования прикладной психофизиологии, можно уверенно констатировать, что с научной точки зрения использование полиграфа в целях оценки достоверности (соответствия действительности) сообщаемой человеком информации вполне научно обосновано. Более того, исследования показывают, что этот метод в определенной мере даже более обоснован, чем многие широко известные биомедицинские и психологические способы диагностики. Например, если говорить о теоретической валидности прикладных психофизиологических технологий, то вряд ли кто-либо сегодня станет сомневаться и возражать, что такие психические явления как эмоциональная активность или протекание различных познавательных процессов, включая внимание и память, непосредственно изучаемых при решении большинства прикладных задач, находят очевидное отражение в физиологических изменениях (реакциях) организма человека, внешнее проявление которых регистрируется с помощью полиграфа. Обширная научная, прикладная, да и обыденная феноменология с очевидностью свидетельствует о том, что состояние психического напряжения, сопровождающее у человека интенсивное протекание когнитивных процессов, эмоциональную активность или подготовку и исполнение поведенческих актов всегда сопровождается изменением его психофизиологического состояния, проявляющегося внешними физиологическими сдвигами, которые могут быть объективно зарегистрированы с помощью полиграфа.

Конечно, тонкие нейрофизиологические и нейрохимические механизмы, лежащие в основе связи психики и физиологии человека, еще в большинстве своем не раскрыты. Именно этим обусловлено появление множества ограниченных теорий, пытающихся односторонне объяснить психофизиологические процессы, лежащие в основе прикладного применения полиграфа. Однако, объективное недопонимание механизмов явлений не может быть причиной отрицания их научной состоятельности. Например, мы точно не знаем, что такое энтропия и почему она все время возрастает в окружающем нас мире, но это не мешает существованию такой науки как термодинамика, которая активно использует физическое явление, определяемое этим понятием, и с помощью которой успешно решается огромное количество практических задач. Мы не знаем, почему вектор времени направлен только в одну сторону, но постоянно используем этот пока что незыблемый факт как в науке, так и в жизни.

Конечно, хорошо, если сначала открывается глубинный механизм какого-то явления, как, например, в случае ядерного магнитного резонанса, а потом на этой основе создается прикладной метод, такой как компьютерная томография. Однако подобные ситуации в прикладной науке складываются редко. Поэтому наличие устойчивой (естественно, не детерминированной, а вероятностной) причинно-следственной связи между психическим процессом и физиологическими реакциями можно уверено использовать в качестве базовой теоретической предпосылки эффективного использования полиграфа для решения множества прикладных задач.

Теоретическое обоснование метода – это использование при его создании научных знаний о механизмах функционирования изучаемого явления или процесса. При этом часто бывает недостаточно ссылаться лишь на общие научные факты и принципы, лежащие в основе прикладной научной области в целом. Например, применительно к рассматриваемым методам прикладной психофизиологии, было бы недостаточно опираться только на очевидное существование взаимосвязи между психическими и физиологическими явлениями.

Необходимо описывать и обосновывать конкретные механизмы проявления этой связи, используемые при реализации различных прикладных методов. Тогда, в зависимости от степени изученности этих механизмов, будет видно, что одни методы являются в большей мере теоретически обоснованными, чем другие. Например, не может быть универсального теоретического обоснования лечения головной боли вообще, так как, очевидно, в каждом конкретном случае у нее могут быть разные причины, разные механизмы и, соответственно, должны использоваться разные способы лечебного воздействия на них, de facto имеющие различную степень научной обоснованности и эффективности.

Если же мы обратимся к вопросу об экспериментально-практической валидности применения полиграфа в целях оценки достоверности сообщаемой человеком информации (для удобства изложения материала будем использовать эту устоявшуюся терминологическую конструкцию), то эффективность данного метода следует признать достаточно высокой . Не вдаваясь в анализ обзоров экспериментально-прикладных исследований, в разные годы проведенных различными группами ученых, сошлемся лишь на результаты простого, хорошо известного даже в среде неспециалистов эксперимента.

Если взять группу людей, совершенно не знакомых с теорией и практикой использования полиграфа, и после 15-ти минутного инструктажа предоставить им для анализа полиграммы испытуемых, которые в ходе тестирования отвечали на вопросы либо правдиво, либо лгали, то, как это не покажется удивительным, после просмотра полиграмм в среднем в 75% случаев наши минимально обученные «эксперты» вынесут правильное заключение. Такой процент правильных заключений существенно выше вероятности случайного угадывания, равной 0,5. Это означает, что критерии оценки психофизиологических реакций и вынесения на их основе суждений, которые в экспресс-режиме были освоены нашими «экспертами», являются вполне «работоспособными», что, в свою очередь, указывает на наличие у метода в целом необходимой практической валидности. Мало найдется научно обоснованных методов в области психологии или медицины, с помощью которых можно было бы в подобных условиях получить столь хороший результат.

Если продолжить эксперимент, и то же самое задание по анализу и оценке полиграмм предложить студентам-психологам и профессиональным полиграфологам, то результат окажется еще выше – 80% и более 95%, соответственно. Если бы в основе метода тестирования на полиграфе не лежали фундаментальные, пусть пока еще не до конца раскрытые и понятные психофизиологические закономерности, разве было бы возможно достигать подобных результатов в практической деятельности?

Таким образом, нет сомнений в том, что на основании анализа психофизиологических реакций, зарегистрированных с помощью полиграфа в строго контролируемых (стандартизированных) условиях, можно делать достаточно точные выводы в отношении того, является ли информация, сообщаемая человеком, достоверной или представляет собой акт лжи. Это, в свою очередь, позволяет признать соответствующую технологию тестирования с использованием полиграфа научно обоснованной. Однако возникает еще один вопрос – насколько научно обоснованной?

К сожалению, на данный вопрос, нет однозначного ответа. Каждый вправе сам для себя решать, достаточна ли для него предлагаемая система доказательств научной обоснованности или нет, и в какой мере, с его точки зрения, предлагаемое утверждение является доказанным. Как известно, для одних людей стакан, на 1/2 заполненный водой, представляется наполовину полным, а для других – наполовину пустым. Таковы люди. У каждого свои цели, ожидания и критерии оценки. Это нормальное, а для науки даже в определенной степени положительное явление, потому что именно те, кто сомневается и всегда «не вполне» убежден, как раз и двигают фундаментальную науку вперед. Те же, кто оказывается «вполне» убежденным – занимаются ее внедрением в практику.

Признавая научную обоснованность прикладных психофизиологических методов, обратимся к другой крайне серьезной научной и прикладной проблеме, а именно: в чем причина ошибок, к сожалению, имеющих место в ходе практического применения полиграфа, из-за которых наносится ущерб конкретным людям, а сам полиграф, как и другие прикладные психофизиологические методы, часто оказываются под огнем критики правозащитников, отдельных ученых и гражданского общества в целом. Чтобы найти правильный ответ на этот вопрос, давайте вернемся к описанному выше эксперименту.

Итак, в среднем 75% точности диагностики с помощью полиграфа способен «обеспечить» даже неподготовленный «эксперт». Психологическое образование, способствующее в целом лучшему пониманию связи между психическими процессами и физиологическими реакциями, которые регистрирует полиграф, добавляет еще 5% точности. Следующие 10% приносит хороший практический опыт и, возможно, кое-какие важные личностные качества полиграфолога, которые сейчас принято называть профессиональными компетенциями. Но все равно остается 5-10% ошибок, причиной которых являются многочисленные факторы, не поддающиеся контролю. К числу этих факторов относятся индивидуальные особенности испытуемых, состояние их психики (когнитивных процессов), индивидуальные качества (уровень интеллекта, наблюдательность, квалификация, ответственность и т.д.) специалистов-полиграфологов и, наконец, собственно технологические недостатки конкретных методик.

Важно помнить, что отличительной особенностью прикладных психофизиологических методов является то, что в ходе их применения, в первую очередь, осуществляется взаимодействие «человек – человек» (исследователь – испытуемый) и только потом – взаимодействие «человек – прибор (полиграф)». В этой ситуации мы неизбежно будем иметь комплекс проблем, обусловленных так называемым человеческим фактором, и связанных с ним явлениями случайности, нестабильности и непредсказуемости.

Наконец, необходимо отметить еще один важный фактор снижения точности всех без исключения прикладных психофизиологических методов, благодаря которому достижение 100% точности диагностики вообще оказывается невозможным. Суть проблемы заключается в том, что психофизиологические закономерности по своей природе принципиально отличаются от точных законов, действующих в области математики или физики, например, таких, как теорема Пифагора или законы Ньютона. Эти законы устанавливают жесткую взаимосвязь между геометрическими или физическими величинами, соответственно, но, в то же время, ничего не говорят о природе этой связи, ее сущности. Определенная взаимосвязь между психическими и физиологическими явлениями тоже очевидна и доказана, но в отличие от приведенных примеров, она является не детерминированной, а вероятностной. Именно вероятностная природа психофизиологических закономерностей делает неизбежным появление определенного уровня ошибок при практическом применении прикладных психофизиологических методов. Любые вероятностные оценки потому и называются «вероятностными», поскольку они предполагают определенный уровень возможных (вероятных) ошибок.

Кроме того, надо отметить, что проблемы и трудности практического применения прикладных психофизиологических методов, в том числе причины их незаслуженного обвинения в недостаточной точности, заключаются не в отсутствии или недостаточной научной обоснованности этих методов или недостаточной проработке методологии их использования, а, прежде всего, в недостаточной компетентности специалистов, применяющих эти методы. Как правило, в основе низкого уровня работы специалистов, занятых применением прикладных психофизиологических методов, помимо элементарной безответственности, халатности и небрежности, лежит низкое качество их первоначальной подготовки, что, в свою очередь, зачастую обусловлено недостаточным уровнем квалификации преподавателей и отсутствием не столько нормативных (с формальной точки зрения в России здесь всё в целом в порядке ), сколько профессиональных стандартов такой подготовки и надежного контроля уровня знаний выпускников.

Там, где полиграф применяется хорошо подготовленным, компетентным и ответственным специалистом, грамотно учитывающим в своей работе возможности и ограничения используемой технологии, проблем обычно не возникает. В этом плане данная ситуация ничем не отличается от других областей, где в работе с человеком используются методы диагностики, например, в медицине, психологии, педагогике или кадровой работе. Более того, научная обоснованность и реальная точность методов, применяемых в этих областях, часто бывает значительно хуже. Тем не менее, это не является основанием для отказа от их использования на практике. Точно также никто не отказывается от пассажирской авиации только из-за того, что иногда самолеты терпят крушение по причине плохого технического обслуживания, несоблюдения правил эксплуатации или некомпетентности пилотов. Методы прикладной психофизиологии сложны, их применение имеет много особенностей и, следовательно, должно обеспечиваться компетентными специалистами. Использование этих методов не следует «ставить на поток», как это иногда делают некоторые руководители, отвечающие за безопасность и работу с персоналом, но и запрещать их не имеет смысла.

По нашему мнению, критическое внимание широкой общественности должно быть обращено не столько к проблеме научной обоснованности методов прикладной психофизиологии (что предполагает наличие специальных знаний в данной области), сколько к оценке практики их применения, к вопросам детальной нормативной регламентации порядка использования полученных с их помощью результатов. При этом, естественно, надо ориентироваться на передовой мировой опыт. В области подготовки и аттестации полиграфологов имеет смысл взять за основу наработки Института полиграфа Министерства обороны США - мирового лидера среди учебных заведении этого профиля. При проведении кадровых проверок с использованием полиграфа следует ориентироваться на технологию и достижения Министерства энергетики США.

При использовании результатов тестирования на полиграфе в качестве доказательства в суде, наиболее рациональным следует признать подход, получивший официальное закрепление как «прецедент (правило) Дауберта». В соответствии с этим правилом устанавливается порядок, согласно которому решение о допустимости использования результатов тестирования на полиграфе в качестве доказательств в суде каждый раз принимает сам судья, ведущий дело. Однако прежде чем принять такое решение, он обязан в ходе судебного разбирательства сначала убедиться в научной обоснованности использованного полиграфологом конкретного метода, а затем в том, что этот метод был применен правильно. Иными словами, судья должен лично оценить теоретическую и практическую валидность примененного полиграфологом метода. Обычно для участия в прениях в зал суда, помимо полиграфолога, проводившего исследование, приглашаются другие специалисты, выступающие с позиций «за» и «против» использования полиграфа.

Теги: Прочее

Позвоните для получения дополнительной информации +7 (495) 120-09-77

Заказать on-line